Глеб Клинов

Заметки редактора и человека
ПортфолиоФейсбукИнстаграмklinovg@gmail.com

ФотографияРедактура

Проклятие уверенности

Говорят, что один деятельный, энергичный человек стоит десятка сомневающихся. Но мало кто говорит о том, что проблема совсем не в недостатке этих живчиков. Наоборот.

Миру страшно недостаёт неуверенных в себе людей. Стесняясь и осторожничая, они невольно оберегают нас от большинства мировых катастроф — только не говорите им об этом, не вгоняйте в стресс.

Больше вреда, чем уверенные люди, приносят разве что любители давать советы. Без них мир был бы гораздо проще.

Вы не представляете, сколько подлых, омерзительных поступков совершено только потому — только потому! — что рядом с попавшим в очередную нелепую ситуацию неуверенным человеком оказался напористый советчик.

И подставил своё долбаное надёжное плечо.

Иногда растеряться в непонятной ситуации — это лучшее, что вы можете сделать. Почувствовать неловкость, поступить не самым выгодным для себя способом. Потерять в чём-то, пойдя на попятный.

Но боже вас упаси рассказать об этом своему уверенному другу или коллеге!

«Ну что ты как тютя!» — скажет он.

«Надо было ловить момент!» — скажет он.

«Ад — это другие!» — воскликнет из-за кадра давно всё понявший Сартр.

«Но погоди, ещё можно кое-что сделать», — снова скажет ваш друг и эти слова означают, что демоны в его голове уже составляют план.

Остановиться он не может, нужно только действовать, действовать, действовать. Он вернёт вас в ту ситуацию, которую вы просто хотели пережить, но это будете уже не вы, нет.

Теперь от ваших безвольных рук, ног и головы тянутся вверх, в зловещую темноту, грубые нити уверенности.

Теперь вы жертва в теле насильника, бе-е-едная овечка в шкуре расчетливого мудака.

А кто же будет потом нести бремя омерзения от самого себя? Ваш приятель? Нет, для этого он слишком уверен. Бремя это ляжет на ваши плечи и останется там навсегда.

Человек, не побывавший в самой ситуации и узнавший обо всем с ваших слов, не имеет эмоциональной привязки. Он воспринимает всё как простую комбинацию. Он уже мысленно расставил всех на клетчатом поле, попередвигал туда-сюда и решительно смёл с доски обратно в коробку.

И он ещё смеет выдавать это за преимущество. «Ах, у меня есть возможность рассуждать трезво!».

Да ты чертов террорист.

Все там будем

Идём по Смоленскому лютеранскому — интересно там, конечно. Если б не мощёные тропинки, было бы больше похоже на лесопарк с могилами.

Ближе к центру кладбища сооружение, которое видно издалека. Не знаю, как называется, но выглядит как склеп без крыши — несколько ступеней к возвышению, на нём постамент, но без скульптуры, за ними полукруглая резная стена. На стене краской нарисована перевернутая пентаграмма и цифры 666, постамент перед ней выглядит как алтарь и, кажется, им недавно пользовались.

Сбоку от сооружения кострище и вокруг него самодельные места для сидения, скамеечки какие-то. В общем, место явно намоленное.

Памятники, на которых несколько имен — иногда целые истории. Вот на камне четыре имени: Иван, Евлампия и ниже двое помладше — Зоя и Джесси.

Я, во-первых, почему-то сразу вспомнил чувака по имени Кирилл из города Королёва, который посмотрел сериал «Во все тяжкие» и изменил в паспорте имя на Джесси Гайзенбергович Пинкман.

Во-вторых, мне представилась сцена семейного скандала, когда мать Евлампия мягко увещевает дочь: «Душа моя, ну прекрасные же имена, чем тебе не по нраву — у сестры Зоя, у тебя Капитолина...» И дочь в ответ на ультразвука: «Нет, блять, я буду Джесси!!!»

Ну и на пути уже к выходу смотрим — древняя могила вся в малиновых кустах, даже памятника не видно.
— Марина, ты пробовала когда-нибудь кладбищенскую малину? — Не-а. — Ну вот, время пришло.

Пробуем — обычная такая малина, очень, то есть, вкусная.
— Кто-то тут плодородный лежит, похоже.
— Я ничего не утверждаю, но это может быть показателем, что человек-то был говно.

Старая сказка

Проезжаем с Мариной по набережной мимо водонапорной башни Обуховского завода. Башня старая, красивая — красный кирпич, сводчатые окна, белые наличники, зубчатая стена наверху и маковки ещё по углам. Настоящая башня!

Марина спрашивает:
— Вот зачем заводу такая башня?
— Ну вдруг, — говорю, — у директора завода была дочь-красавица, и он башню построил и её туда заточил. И она там ждала своего сталевара... печального образа. Или какого-нибудь слесаря четвёртого разряда.
— А если в башню проникнет слесарь не четвёртого, а, например, третьего разряда? Что тогда?
— Да ничего. Скажет ему, мол, нет! Ты герой не моего романа!..
— Слесарь не моего рязряда.

Хочешь музык новых самых

Оказалось, чтобы получить мощнейший духовный опыт, не обязательно медитировать, погружаться в тета-регрессии, использовать холотропное дыхание и прочий ребёрфинг.

Можно познать всю глубину своих глубин без психотерапевта и легких наркотиков.

Покажу на личном примере, хотя я плохой пример — вы сейчас увидите.

Я разобрал себя до основания и собрал обратно почти без лишних запчастей, используя только диван, яндекс-музыку и полтора часа свободного времени.

И это. Было. Просто. Потрясающе.

Правда, у способа есть один недостаток — он работает при условии, что вы никогда до этого не составляли плейлисты.

А я взял
и составил
один общий плейлист
из всего, что мне
действительно —
действительно! —
нравится.

Независимо от языка, жанра, настроения, эпохи, исполнителя и степени порицаемости его творчества любой группой людей.

Это было натурально путешествие длиною в жизнь.

От радио на бабушкиной кухне, у которого из настроек был только звук, через кассетник ИЖ-303, через клипы между мультиками на СТС, через дребезжащие магнитолы у полуночных бомбил, через собственные поиски, рекомендации друзей и черт знает что ещё.

Кажется, сравнимых по мощности переживаний у меня было всего два — когда я научился пользоваться компьютерной мышкой и когда открыл для себя последовательность Am-Dm-E7-Am.

Не считая первого сексуального опыта, конечно. И ещё, пожалуй, третьего.

Теперь-то я знаю, что ни разу я жизни не составлял плейлисты. По-настоящему. Всё, что я делал до этого, было враньём самому себе.

Я вырос на авторской песне и очень её люблю, но вы представляете себе школьника, который слушает Розенбаума?

Поэтому я тыркался в рок, в металл, в альтернативу... Слушание музыки было способом понять скорее не себя, а окружающих. Это примерно как пить пиво в четырнадцать — ты, конечно, крутой, но по правде говоря оно горькое и совсем тебе не нравится.

А мне всегда хотелось встречаться с девушкой, которая любит песни Розенбаума. Или Митяева. Или Визбора, хотя я понимаю, что это уже перебор.

Мы бы с ней объяснялись песнями, перебрасывались строчкой в подходящей ситуации. Но такую девушку было так сложно найти!

Например, в универе я так сох по одной однокурснице, что даже какое-то время слушал «Ночных снайперов», понимаете?

Мне до сих пор нравятся три их песни, хотя это больше похоже на стокгольмский синдром.

Ещё один штрих в истории болезни: моя коллекция музыки по какой-то причине состояла не из плейлистов, а из альбомов целиком. Никаких этих ваших миксов — слушаем сначала одно, потом другое. Отдельно пюре, отдельно котлетка.

И вот сейчас я понял, что бояться больше нечего. Я могу слушать, что хочу.

Всегда мог, конечно, но в том и суть просветления.

Знаете эти шутки, мол, «у каждого в плейлисте есть стыдная песня не для чужих ушей, давайте ей поделимся, хахаха!»?

Хахаха.

Нет стыдных песен в плейлисте, который состоит из них на две трети!!!

Всё, теперь мы с музыкой по-настоящему заодно. И тут Марина с пассажирского сиденья:
— Глеб, выключи Митяева, ради Христа. Ну невозможно же.

Любовь зла, а до просветления ещё очень далеко.

Ранее Ctrl + ↓