Глеб Клинов

Всё великолепно, но никто не счастлив

Sun, 19 Jul 2026 15:07:50 +0300

Авиаперелёт — это, конечно, очень быстро и круто, и в целом нельзя недооценивать чудо человеческого полёта, но ощущается всё равно довольно унизительно.

Давай-ка ты постой в четырёх очередях, покажи тётеньке экран своего телефона и ноутбука, и включи их, и пройди через рамку, поддерживая рукой штаны без ремня, а теперь отпусти штаны и расставь руки в стороны, и обувь ещё сними, и бахилы надень, а теперь сними бахилы и надень обувь обратно, и побыстрее собери свои манатки по поддонам, и пусть тебя на паспортном контроле оценят и рассмотрят, как насекомое, очки сними, и кепку, и расскажи, кто ты есть такой, и куда летишь, и зачем, и когда вернёшься. Можешь надевать обратно свои кепку и очки.

Потом ещё одна очередь, потом сидишь, сука, сложив колени втрое и свернув копчик в транспортное положение. И ещё уши закладывает. И вроде долетел, но всё равно потом ещё на автобусе ехать от самолёта. И сам ловишь свой чемодан, ждёшь его, как маму, заглядываешь на ленту, боишься, что он улетел нахер в другую сторону, и радуешься мелочно, как вор, что не улетел и вот он, едет по ленте с оторванным колёсиком. Всё, поздравляю, теперь тебе надо добраться из этой жопы мира собственно до города, в который ты типа «прилетел». Кажется, что на выходе из аэропорта тебе должны ещё в рожу плевать, но системе авиасообщения пока есть, куда развиваться.

«Закулисье реальность»: лиминальщина

Tue, 14 Jul 2026 11:17:53 +0300

Посмотрел фильм «Закулисье реальности» о том, что не стоит открывать психологу прямо вот все свои цокольные этажи и кладовки.

Начинается фильм завлекалочкой, в которой человек с видеокамерой на голове мечется по странным желтым коридорам и кричит. Поскольку коридоры очень напоминают офисные, то кричит он, как мы понимаем, коллегам. «Коллеги! — кричит он. — Коллеги, меня слышно?». Потом на него нападает что-то большое и, судя по звукам, съедает. Может, это была уборщица. Он натоптал в офисе, а она его настигла. Мы не знаем, это интрига.

Из завлекалочки становится ясно, что сказочные коридоры из жёлтого кирпича пусты, но не совсем, и ведут не в Изумрудный город.

Нас знакомят с главным героем. Это афроамериканец по имени Кларк. Он директор большого мебельного магазина, который торгует дешевой и плохой мебелью. Точнее, мебель у него гораздо более плохая, чем дешевая.

Кларк разговаривает с психологом и становится понятно, что он нытик, душнила и немного алкоголик. Понятно, почему от него жена ушла. Женщина-психолог Мэри тоже явно это понимает, но виду не показывает. Она такая вся тихая и безмятежная, как вертикальные жалюзи при закрытых окнах. Ничего-то по ней не понять.

Она предлагает Кларку ролевую игру и в три секунды раскачивает его на истерику. Кларк кричит, представляя бывшую жену, что он тут, понимаешь, работает, работает, за всё платит, всех тянет на своем афроамериканской горбу, а она? А? А?! Нельзя пару стаканов пропустить после работы? Нет, я не алкаш! Я семьянин!

После сеанса Кларк идёт в магазин. Он лично снимается в самодельной рекламе, изображая одноногого пиратского капитана в треуголке, который ведёт свой мебельный фрегат навстречу покупателю.

Ночует Кларк периодически тоже в магазине — ложится в кровать посреди торгового зала, ставит телик на очень удобную и главное, дешёвую тумбу, и расслабляется, попивая виски из плоской бутылочки.

В последнее время в магазине у Кларка по ночам самопроизвольно мигает свет, и вот сейчас опять. Ещё и телик выключился. Кларк, ругаясь, встает и идёт в цокольный этаж, чтобы там раздражённо щёлкать автоматами в электрощитке. Нащёлкавшись автоматами, он уже собирается идти наверх, но тут в одной из стен видит как будто... щель. А за ней как будто... свет.

Кларк идёт разбираться и впадает сквозь стену в пространство с желтыми стенами и потолками «Армстронг». Некоторое время походив туда-обратно через стену, чтобы убедиться, что пропускная способность стены сохраняется, Кларк вопросительным шагом проходит дальше в лабиринт желтых коридоров, залов и комнатушек. Это лиминальная, лиминальная квартира.

Там в странном порядке расставлены предметы мебели и обихода, некоторые из них наполовину торчат из пола и стен. Валяется дохлая чайка. Кларк некоторое время смотрит на чайку. Возможно, он думает, не в Петербурге ли он.

Ведомый любопытством, Кларк переходит из комнаты в комнату, пока позади него не начинаются угрожающие звуки приближения опасности. Кларк пугается, ползком пролезает в какую-то очень маленькую дверку, как чернокожая Дюймовочка, и убегает через стену обратно в свой магазин.

Через несколько дней Кларк приходит к психологу и ожидаемо производит на неё совершенно удручающее впечатление. Он просто честно рассказывает Мэри, что нашёл в подвале своего магазина бесплотную стену и регулярно проходит сквозь неё, чтобы гулять по бесконечным желтым коридорам, не поддающимся законам физики.

Чтобы окончательно убедить психолога в своей полной адекватности, Кларк трясётся всем телом, потеет и тычет дрожащим пальцем в нарисованную от руки мятую карту. Ещё Кларк говорит, что не пил с прошлой недели, вбивая этим последний гвоздь в крышку психолога.

— Не, ну я не говорю, что я вам не ве-ерю... — тянет Мэри возмутительно профнепригодным тоном.
— А я вам докажу. Докажу-у-у-у! — воет Кларк. вскакивает и убегает из кабинета. Сцена странным образом напоминает отрывок из «Служебного романа».

Кларк решает, что нужно провести исследование, поэтому берет двух молодых сотрудников магазина — девушку Кэт и юношу Бобби, и показывает им нарисованный на стене цокольного этажа дверной проем.

— Вот, — говорит Кларк, как будто всё вообще нормально, — это дверь и мы идём туда проводить исследование.

И уходит сквозь стену, а потом из-за стены начинает нетерпеливо кричать, чтобы Кэт и Бобби тоже шли к нему. Типичное проклятие знания, помноженное на скверный характер — Кларку, видите ли, некогда снисходить до юнцов, которые и сквозь стены-то никогда не ходили. В этот момент кажется, что фильм было бы лучше назвать не «Закулисье реальности», а «Слепое пятно экспертности».

Кэт и Бобби, надо отдать им должное, довольно неплохо справляются с новыми вводными и вводят себя в желтокоридорное пространство. Там Кларк ведёт их к длинному наклонному проходу, куда уже давно хотел влезть, но в одиночку никак. Он разматывает веревку, привязывает к одному концу Бобби и велит ему спускаться посмотреть.

Бобби радостно лезет. Он спускается в комнату, где повсюду разбросана одежда, некогда очевидно принадлежавшая живым людям. И ещё Бобби говорит, что там очень плохо пахнет. Продолжить логическую цепочку опасности Бобби не может, зато слышит угрожающий топот и бросается обратно в лаз. Он кричит, как Винни-Пух в гостях у Кролика, чтобы его скорее вытащили. Ойойойойойой!

Бобби выскакивает из прохода наверх быстрее, чем Кларк успевает выбрать веревку. Пару секунд все с облегчением выдыхают, а потом нечто снизу хватает веревку и рывком утаскивает Бобби. Да так ловко, что Кларк и Кэт тоже катятся вниз вслед за Бобби.

От Бобби остается кровавый след на полу, а Кларк и Кэт бросаются врассыпную и немедленно теряются в хитросплетениях коридоров и комнат. В очередной комнате Кларк слышит голос Кэт, который идет из стены. Кэт видит Кларка — с ее стороны стена прозрачная. Кэт кричит, что позади Кларка что-то большое и страшное и оно приближается. Приближается!

Тем временем психолог Мэри думает о том, что как-то, в общем, неловко вышло с Кларком. Человек тебе рассказывает про дверь в стене, а ты? «Вы случайно не пили, Кларк?» Таких психологов сейчас уже даже в инстаграме нет.

Мэри едет в магазин к Кларку, чтобы оказать ему психологическую помощь вместо психологического давления. В магазине ожидаемо никого нет, но Мэри спускается в цокольный этаж, а там нарисованная дверь.

Не успевает Мэри подумать, что Кларк, судя по всему окончательно поехал чердаком, в смысле, цокольным этажом, как большая жужжащая муха вдруг улетает сквозь стену.

Мэри, верная пациенту и долгу психолога, отправляется вслед за мухой в желтые коридоры. Довольно быстро она находит Кларка — он ведет себя вполне мирно, но потом вдруг хватает Мэри руками за шею и придушивает до потери сознания.

Мэри приходит в себя привязанной к стулу в некотором подобии кухни. Перед ней сидит Кларк, такой же неприятно-нервный, как и всегда. Кроме них на кухне еще три персонажа — странным образом искаженные человеческие фигуры со смазанными лицами — и холодильник.

Кларк проводит Мэри краткий экскурс по здешним порядкам: они попали в пространство, где всё немного похоже на обрывочные воспоминания, но никому ни до кого нет дела, и нет ни забот, ни ответственности, ни чувств. В доказательство Кларк берет нож и втыкает его в шею сидящему рядом грузному мужчине со слоистым лицом. Ничего не происходит. Затем Кларк радостно сообщает, что вот — ничего не произошло, а ещё мужика можно есть. Он расстегивает мужику рубашку и отрывает у него от живота изрядный кусок. Мужик внутри похож на ванильную пастилу и это омерзительно. Ненавижу пастилу. Почему именно пастила?

Но Кларку нравится пастила. Он говорит Мэри, что ему вообще тут очень нравится.

— Конечно, нравится! — восклицает неожиданно для себя Мэри. — Потому что ты нытик, душнила и псих! И алкаш!

Она тут же понимает, что психологическая помощь Кларку сейчас пошла вообще не по сценарию, но сказанного не воротишь. Как бы подтверждая ее догадку, Кларк между делом приоткрывает холодильник, а там лежит голова Кэт.

Тут из-за угла кухни выходит огромный трёхметровый чем-то напоминающий Кларка пират в треуголке и с одной деревянной ногой. Черты лица его грубы, будто весь он сделан из пластилина и в целом похож на сильно увеличенную детскую игрушку.

Пират явно жаждет психологической плоти, но Кларк останавливает его. «Она со мной,» — весело машет он в сторону Мэри. Но тут пират аккуратно наклоняется к Кларку и так же аккуратно кусает его одновременно за шею, ключицу и плечо — рот у пирата очень большой. Кларк кричит. Он не ожидал, что ему будут откусывать голову его собственные воплощенные представления о себе.

Пока пират занят, Мэри вскакивает и, щурясь от кровавых брызг, убегает по коридорам, спотыкаясь вообще обо всё. Она прыгает по проходу, состоящему из диванов. Она карабкается по карнизу над бездной уходящих вниз коридоров. Она ползет по лестнице, чтобы открыть дверь, расположенную у себя над головой. Она дерётся с пиратом вешалкой и даже наносит ему некоторый ущерб. Нет, я не преувеличиваю, всё ровно так и происходит. Она уползает от пирата в щель и выползает из щели с другой стороны, но вдруг вокруг неё оказываются люди в костюмах химзащиты. Они усыпляют Мэри газом и уволакивают её из желтокоридорного пространства наружу.

Мэри приходит в себя в кабинете. Напротив нее сидит человек и, несколько смущаясь, говорит, что вот такая у него теперь работа. Он ходит в желтые коридоры и исследует их. Зачем-то. Давайте с нами, Мэри? Вы ведь тоже своего рода исследователь — даже вон сломали гигантскому потустороннему пирату его деревянную ногу деревянной вешалкой. Мэри Крофт, расхитительница лиминальниц!

Мэри, грустно улыбаясь, смотрит на человека напротив, и ничегошеньки ему не говорит. Но видно, что она как психолог всё понимает.

«Папа тебя любит, а ты его бесишь»

Sat, 11 Jul 2026 15:35:45 +0300

На днях четырёхлетний Тёма в порыве сыновней любви так ловко надавил мне на кадык, что у меня там что-то хрустнуло и теперь третий день больно глотать. В школе у нас это называлось «проглотить напильник», но тут по ощущениям больше похоже на долото.

Я пожаловался на семейное насилие в твиттере и тут же узнал, что кадык — это ещё ничего:

«Мне сын как-то в бесячке пяткой в нижнюю челюсть угодил. Ну, вставляла зубы потом. А в моменте кончик языка откусила и пришлось его проглотить, чтобы сына не напугать».

«Мой в четырехлетнем возрасте с разбегу прыгнул мне на грудь, когда я лежал на полу. Вставал долго и больно. Два ребра как с куста».

«Двухлетняя дочь спала со мной и она вертелась, вертелась и вот получилось так, что она поднималась, а я к ней наклонялась. И она своей головой вдарила мне по герпесу на губе. И он лопнул. У меня аж в глазах потемнело».

«Соседский малыш схватил меня в игре за лицо и попал в рот, поранил мне ногтями десну и уголок десны отошел от переднего зуба. Эта десна еще лет 10 болталась у меня, к зубам обратно не прирастала».

«Годовалая дочка махнула рукой и заехала мне пальцем в глаз. В комнате было темно (я несла ее в кроватку), поэтому глаз не среагировал и не закрылся. Два месяца лечила царапину на роговице, боль была страшная и слезы ручьем трое суток».

«На меня дочь 6 июня выбила стекло из кухонной двери. Сижу в стрипах и синем бинте, мудрствую, поправляю стрип. Поглядываю на пришитый мизинец».

Ещё пишут, мне повезло, что Тёма не показал, где у папы глазки. Ха. Если бы не очки, папа бы уже давно знал, где у него были глазки.

Текстовые пигменты

Fri, 10 Jul 2026 11:50:30 +0300

Как вам совершенно отчётливо видно на фотографии, обложка книги «Думать лучше без очков» — жёлтого цвета. Я просил жёлтый, издательство сделало жёлтый.

Тем возмутительнее регулярные заявления в комментах, что обложка не жёлтая, а оранжевая. Самое, конечно, возмутительное, что Марина тоже так думает. Да что там «думает» — прямо в глаза мне говорит, а ведь я приносил ей её любимую булочку по дороге с работы.

Пришлось лезть в цветовую палитру и она в некотором роде примирила тех, кто за нормальный жёлтый, и тех, кто за порочный оранжевый.

Там написано, что это цвет «гуммигут». Если взять какое-то камбоджийское дерево семейства гуммигутовых, высушить его и истолочь в пыль — получится такой жёл... гуммигутовый цвет.

Если же кто-то и здесь окажется не согласен, тогда я вам скажу: «Ладно. Ладно! Это не гуммигут, а куркума, цвет куркумы, но больше мы с вами не разговариваем».

Примерно тогда же в комментариях написали, что если есть цвет «гуммигут», то почему бы не быть, например, цвету «воннегут». И я согласен, это же почти очевидно. Взять писателя, высушить, истолочь в пыль — получится насыщенный воннегутовый цвет. И паланиковый ещё. Джером-джеромовый. И кафка. Мы охотники за удачей, птицей цвета ультракуприн.

Кажется, что воннегутовый — это что-то зеленовато-мутное с отливом, напоминающее бутылочное стекло.

Паланиковый — как будто взяли голубя и выпустили ему кишки в луже с бензиновыми разводами.

Кафка — цвет стены государственного учреждения, эдакий «бюрократический асфальт» с примесью трупной охры и мелкими вкраплениями киновари.

Куприн — одновременно тёплый и тревожный цвет дуэльного рассвета, кармин с примесью умбры и кадмия оранжевого.

Табачно-коричневый с солью «хэмингуэй», чернильный индиго с золотом «борхесовы глаза» и холодный стальной голубовато-серый «оруэлловый».

Литературные коты

Sat, 04 Jul 2026 12:16:14 +0300

Если бы знаменитые писатели писали свои книги о котах.

Лев Толстой, «Война и мур»
Уильям Теккерей, «Ярмарка чесания»
Николай Гоголь, «Мёртвые мыши»
Фрэнсис С. Фицджеральд, «Великий Кэтсби»
Джордж Оруэлл, «Котный двор»
Борис Пастернак, «Докторскую жевало»

Джон Стейнбек, «О мышах мы любим»
Эрих Мария Ремарк, «Ночь в глистогоне»
Гузель Яхина, «Котейка открывает глаза»
Джеймс Джойс, «Уссы»
Уильям Голдинг, «Половитель мух»

Дальше на помощь пришли люди из комментариев
Даниэль Дефо, «Робинзон пузо»
Михаил Булгаков, «Мастер и уберите»
Джон Стейнбек, «Гроздья меха»
Фёдор Достоевский, «Когтедрание и наказание»
Джером Сэлинджер, «Мне в пропасть корма положи»
Ильф и Петров, «12 ободранных стульев»

Александр Галич, «Матроскина тишина»
Герберт Уэллс, «Человек, поедим-ка»
Брэм Стокер, «Когтедракула»
Джон Р. Р. Толкин, «Братство лотка»
Николай Карамзин, «Бедная Киса»
Виктор Гюго, «Собор Парижской котоматери»

Джером К. Джером «Трое в лотке, не считая собаки»
Исаак Бабель, «Котармия»
Александр Дюма, «Граф Коте-Дристо»
Оскар Уайльд «Подрать диваны Грея»
Михаил Шолохов, «Судьба кожаного»

Николай Островский, «Как завалялся корм»
Твардовский, «Василий тёрся»
Габриэль Гарсиа Маркес, «Котлет очень хочется»
Михаил Булгаков «Роковые яйца»
Жан-Поль Сартр «Тошнота»

Александр Герцен, «Кот виноват»
Николай Некрасов, «Коту на Руси жить хорошо»
Олдос Хаксли, «О дивный новый диван»
Франсуаза Саган, «Здравствуй, кусь»
Александр Пушкин, «Борис Колтунов»

Алексей Толстой, «Хождение по шторам»
Жюль Верн, «Двадцать тысяч лье под ковром»
Франсуаза Саган, «Немного шерсти в хозяйской еде»
Рэй Бредбери, «Вино из валерьянчика»
Айн Рэнд, «Атлант выгнул спину»

Мне всё нравится, но надо переделать

Fri, 26 Jun 2026 23:26:53 +0300

Что ни говори, а издательство со мной натерпелось, конечно.

Сначала мне в макете не понравился шрифт заголовков и я попросил его поменять, но на что. «Но на что?» — так и спросило издательство. И я пошёл теребить дизайнерских друзей и свои собственные мембраны отменного художественного вкуса, и прислал издательству на выбор несколько шрифтов. «Нет, ну вы, конечно, можете использовать не эти, а какие-нибудь другие похожие шрифты...» — сказал я со страшным лицом, как бы давая им понять, что свобода выбора, безусловно, существует, но у всего есть последствия.

Потом мне не понравилось, что названия частей расположены на одной странице с названием и началом текста первого рассказа. И я попросил вынести их на отдельную страницу. «На шмуцтитул?» — щегольнуло словечком издательство. «На шмуц... титул» — почти без запинки ответил я.

Потом мне не понравилось, что рассказы не начинаются каждый с новой страницы, а идут подряд. Только закончился один рассказ — и сразу тут же стартует новый. Изнуряюще, как рабочие дни в неделе, вообще без пауз. Но тут выяснилось, что если сделать как я хочу, то книга станет толще на 150 страниц и соответственно сильно дороже. «И кому вы, Глеб, за такие бабки нахрен нужны?» — не сказало мне издательство, хотя не исключаю, что могло подумать. Аргумент. Поэтому рассказы оставили подряд. Но шмуцтитулы я выгрыз, так что, читая книгу, помните — вы значительно сэкономили на рассказах, чтобы инвестировать в шмуцтитулы. Вложились прямо, я бы даже сказал!

Потом мне не понравилось, что я вообще там написал. Мне прислали свёрстанный макет после двух корректоров, чтобы я его проглядел и сказал, что всё хорошо, а я принялся проверять и переписывать. «Ну эй, — сказало издательство обиженно, — теперь же перевёрстывать надо!» Говорят, что всегда можно что-то ещё улучшить, но идеала достичь нельзя и стоит остановиться на том, что просто достаточно хорошо — и я с этим выражением согласен. Только до «достаточно хорошо» тоже нужно дойти, а я ещё не дошел. И поэтому получился следующий вариант макета.

Потом мне не понравилась обложка. Точнее, черновик очень понравился, потому что я сам его делал, а вот дальше пошло тяжелее. Слава богу, с иллюстрацией с сенбернаром всё хорошо, она у меня была уже давно готова. Так давно, что я забыл, кто её автор, и не смог его найти. Я нашёл всех авторов всех иллюстраций, которые когда-либо в жизни заказывал. Всех. Но не этой. Сенбернар пера неизвестного художника.

Но помимо сенбернара на обложке должны были быть очки. В своём черновике я схематично изобразил очки, а дизайнер издательства решил превратить эту схематичность в концепцию. Он сказал, что мы можем оставить очки в том набросочном виде, как я прислал, то есть кособокими дрожащими линиями — и это будет практически современное искусство. Наивный. Он же не знал, что мне нужны были очки в точности из моей головы. Поэтому некоторое время издательство метало в меня разными очками, то есть макетами обложки, но всё было не то. Под конец я взвыл, нашел проверенного иллюстратора и мы стремительно нарисовали очки из моей головы. Отчасти буквально, потому что это были прям мои очки — те, из под которых я сейчас с удовольствием смотрю на ваши изумлённые лица с признаками лёгкого отвращения к автору.

После чего мне не понравилось, как свёрстаны текст на обложке и корешке и цитаты на задней стороне.

Кажется, единственное, чего я не касался — это оттенок желтого цвета обложки, этот сразу получился идеальный. Поэтому теперь в книге вообще всё так, как я хочу. Что ж, отчасти ради этого всё и затевалось.

Но история была бы не история, если бы не.

Когда из типографии пришёл первый тираж, мне написал главред издательства и сказал, что всё отлично, но.

Тут такое дело, Глеб.

Во всех местах, где есть прямая речь в кавычках, закрывающая кавычка смещается на полстроки вниз. Парит в межстрочном пространстве. Низвергается в интерлиньяж. А таких мест в книг всего-то семьсот тридцать два. Макет нормальный, а на печати вот, аномалия.

Вынужден процитировать сам себя, но я в тот момент даже очки снял. Потому что думать лучше без очков.

Ну ёксель-моксель. Хорошо, что у нас схема с малыми тиражами, а не сразу с тыщей штук. Так у нас появился ограниченный первый тираж, книги из которого прямо сразу можно записывать в букинистические редкости и охотиться за ними по всему миру. Если вам достался такой экземпляр, значит, вы потенциально состоятельный коллекционер. А если со мной ещё что-нибудь случится, тогда их цена вообще должна резко подскочить! По крайней мере, мне приятно так думать.

В общем, как вы поняли, работать со мной — одно удовольствие. Если вдруг вам понадобится издать книгу или что-то написать с определенным уровнем скрупулёзности — вы знаете, к кому обратиться. Буду ваш шмуцтитулярный советник.

И где-нибудь на свете потанцуй

Fri, 26 Jun 2026 12:36:48 +0300

Пока мир вокруг рушится, надел подтяжки и пошел на дискотеку. Там обещалась атмосфера школьного выпускного, поэтому я оделся так, как никогда не оделся бы на собственный выпускной. Ну, правда, и мир тогда ещё не рушился, хотя, возможно, это некоторое постоянное свойство мира в глазах скептически настроенных людей. Ну и ещё «пока мир вокруг рушится» — это просто удобное вступление, раздумываю над тем, чтобы добавлять его вообще перед каждым текстом до тех пор, пока либо мир, либо моё мнение о нём не изменится.

В общем, я оделся нелепо и немного развязно. Но это был костюм, потому что велено было всем приходить в костюмах — и контингент не подвёл. Танцплощадка на крыше была заполнена дородными возрастными выпускниками в лентах и туфлях, выпускницами в платьях, и еще теми, кто вообще максимально ответственно подошёл к костюмированию.

Был человек в костюме Алых парусов — с его плеч ниспадал плащ с рисунком моря, а на голове светился лампочками парусник. Был человек со школьной доской, на которой каждый желающий мог написать что-нибудь или нарисовать член. Я это говорю, потому что на доске как раз кто-то рисовал член, когда я подошёл.

Была женщина в костюме завуча и с лицом завуча. Был неподвижный горообразный мужчина, который мог бы даже не надевать спортивный костюм — он и так совершенно точно идентифицировался как физрук.

Да что там, я сам пришел в компании женщины-шпаргалки. По ней можно было изучать историю искусств.

Помимо костюмов обещалась старая добрая школьно-дискотечная музыка, но тут вышел конфуз. Больше половины музык были какие-то незнакомые — видимо, мы сами оказались несколько старее и добрее, чем они. Но «Тополиный пух» был. И Меладзе. И даже Нирвана с Линкин Парком. И «Солнышко в руках». И эта ещё... ну... ну вы поняли. И коктейли «Колокольчик» по семьсот рублей.

Впрочем, дело происходило на открытом воздухе, и было тепло, и плыла белая ночь, и рядом плескалась водичка залива, и оказалось, что брюки с подтяжками — это неожиданно удобно. А что до дневных забот — так до них оставалось ещё несколько часов.

«Военная машина»: команда «Газу!»

Wed, 24 Jun 2026 18:59:12 +0300

Посмотрел фильм «Военная машина» про гигантского человекоподобного Алана Ричсона.

Над гористым Кандагаром прёт конвой американцев, он скользит на джипах Хаммер, в них солдаты в пыльных шлемах. Конвой подъезжает к другому конвою, который не едет, а наоборот, стоит.

Из приехавшего конвоя, до боли растянув собой дверной проем грузовика, вылезает Алан Ричсон, самый физически развитой актер Голливуда с тех пор, как Дуэйн Джонсон перестал ходить в зал и начал ходить в бобочке.

Алан Ричсон идёт к сломанному конвою и встречает там своего брата. Некоторое время они с братом кричат друг на друга:
— Брат!
— Брааат!
— Братик мой!
— Братишка!
— Брааат!
— Ты ж мой брат!
— Да, я брат тебе, а ты брат мне, брат!

Окружающие солдаты стараются на них не смотреть, чувствуя себя лишними на этом семейном празднике жизни. Старший брат Алан приехал, чтобы отремонтировать Хаммер своего младшего брата Джая, попутно строя из себя самого умного. Пока Алан лежит под Хаммером, брат Джай рассказывает ему, что пора бы перестать играть в игры и пройти программу боевой подготовки рейнджеров. И быть в первых рядах! Ура-ура-ура! Рейнджеры не сдаются и идут вперёд! Только вперёд!

Брат Алан сомневается. Он говорит, что слишком стар для рейнджеров, но брат Джай расписывает, как они будут получать шевроны, а потом бежать по взлетной полосе и прыгать из «Черного ястреба» на головы врагов, на шеи этих бородатых бестий. Брат Алан загорается идеей рейнджерства, хотя и не уверен, что «Чёрный ястреб» сможет его поднять.

Джип починен, братья прощаются, снова смущая своей мужицкой нежностью окружающий личный состав. И тут... Раньше крик «Incomi-i-ing!» в американских фильмах переводили как «Ложи-и-ись!» или «В укрытие!», но к 2026 году мы все уже выучили слово...

«Прилё-ё-ёт!»

Первый в колонне джип взрывается. Взрывная волна с трудом швыряет Алана на землю. Почти сразу взрывается джип, возле которого стоял брат Джай. Алан бросается к нему и снова падает, отброшенный взрывом очередной ракеты.

Алан приходит в себя. Всё в дыму, вокруг никто не шевелится. В голове у Алана контузия, а в колене — длинный треугольный осколок. Алан немедленно вырывает осколок — кажется, что вместе с хрящом из сустава, отчего осколок похож на вафельный рожок. Хромая, Алан добредает до лежащего на земле брата, видит, что тот еле живой и... просыпается. Мы как-то сразу понимаем, что обречены на дальнейшие флешбеки.

Прошло два года и теперь Алан едет в тренировочный лагерь рейнджеров. Перед въездом на базу он снимает и прячет в рюкзак коленный ортез и закидывается таблетками. На регистрации говорят, что вообще Алан слишком старый и больной для рейнджера, но уж очень упорный, и его пропускают. Всех там называют по номерам, поэтому Алан теперь Восемьдесят первый, но мы будем называть его Алан, иначе рассказ будет на четверть длиннее.

Перед строем двое суровых командиров говорят, что только один из десяти участников сможет дойти до конца. Точнее, говорит это один суровый командир, а второй настолько суров, что даже вообще не может говорить, только смотреть. Участникам предстоят десять недель тренировок, а потом финальная полевая миссия, чтобы стать лучшими из лучших! Рейнджеры идут вперёд! Только вперёд!

Ещё командиры говорят, что сам факт участия в программе уже почётный, и в том, чтобы не пройти отбор, нет ничего постыдного. Уважения достоин каждый!

«Унесите это говно с глаз долой!» — кричит в следующем же кадре командир, и сослуживцы уволакивают с полосы препятствий очередного пораженчески блюющего товарища.

Алан максимально сосредоточен на задаче пройти программу подготовки, поэтому он пыхтит и никогда не ноет. Точнее, не весь. Колено ноет, а остальной Алан — нет. Другие участники иногда ноют целиком и косятся на Алана. Они смутно знают, что он какой-то герой с Серебряной звездой и вообще непонятно, что тут делает. А Алан ничего не говорит — молча жуёт в столовой еду, а ночью под одеялом жуёт таблетки от колена.

По рейнджерским шушуканьям выходит, что Алан после ракетной атаки на конвой взвалил на себя брата Джая и хромал с ним до самой американской базы, но видимо, брат не выжил. А Алан выжил и вот — становится теперь рейнджером за двоих.

Во время одной из тренировок участникам нужно нырнуть с гантелями в бассейн и идти по дну, сколько хватит сил. Алан, как вы уже поняли, до хождения из последних сил очень охоч, поэтому он идёт, пока не тонет. Его достают и оживляют.

Как самопроизвольного утопленника, Алана вызывают к командирам. Они предлагают Алану уволиться по собственному желанию, потому что у него очевидно беды с башкой. Он даже психолога не посещал! Тут командиры переглядываются между собой, как бы говоря друг другу глазами: «Не посещал психолога, представляешь? Ужас, ужас!». Сейчас все должны посещать психолога. Командиры-то, небось, посещают. Да что там «посещают» — кто-то из них сам, небось, психолог. А то и оба!

Но Алан говорит, что по собственному не согласен, пусть увольняют по статье. «Ах так!» — думают командиры, и делают Алана тоже командиром. Назло, пусть подумает за других, а то ходит, строит из себя интроверта-переростка. Бесит.

Тем временем десять недель подготовки заканчиваются и остается только небольшой отряд из четырнадцати самых крепких рейнджеров. Их ждёт выпускная миссия. Нужно высадиться на плацдарм, совершить марш-бросок, найти условно разбившийся секретный самолет и взорвать его остатки, а потом найти охраняемую деревню и условно спасти оттуда условно захваченного условного пилота. И не попасть в засаду инструкторов, которую они безусловно устроят. Командир веером достаёт из кармашка шевроны рейнджеров и игриво машет перед лицами кандидатов. Шевроны-шеврончики, тёмные ночи, всем быть рейнджером хочется очень.

Командовать отрядом будет Алан. Все недовольны, потому что он всю дорогу отрывался от коллектива, а потом вообще самоутонул, еле откачали. Заместителем Алана назначают Седьмого — это внимательный дружественный афроамериканец.

Вертолет с натугой, но всё же отрывает Алана с сослуживцами от земли и несёт к точке высадки. Отряд десантируется, и Алан говорит всем: «У нас двадцать три часа и пятьдесят девять минут на миссию». И всё, типа... пошли.

Все продолжают сидеть и смотреть на Алана, потому что а где мотивация? Где посыл? Где вот это вот: «У меня есть мечта!..» — и прочее вдохновение? Мы американские рейнджеры, мы работаем на чистом героизме! Алан, ты здесь? Алан?

Сбоку подходит вспомогательный афроамериканский Седьмой. С молчаливого позволения Алана он произносит короткую, но достаточно героическую для холодного пуска группы речь, в которой они никогда не сдаются, а он горд с ними и за них, и что надо до конца, и один за всех, потому что рейнджеры идут... куда? Вперёд! И только... куда? Вперёд!

Навьюченные огромными рюкзаками, рейнджеры проходят положенные двадцать километров марш-броска и по команде ложатся спать. Тут над ними в тишине ночного леса что-то с грохотом пролетает, похожее на инопланетный корабль. «Артиллерия!» — догадывается Алан. Он командует всем перестать спать и продолжать идти.

Утром они доходят до ручья, а на берегу лежит что-то железное, похожее на инопланетный корабль. «Это наша цель!» — догадывается Алан. Группе нужно сообщить об обнаружении цели, но связи почему-то нет и компасы не работают без VPN, в смысле, простите, просто не работают.

«Ну не работают — и не работают!» — принимает тактическое решение Алан. Группа рассредотачивается и окружает цель, а ответственный за подрыв рейнджер разматывает шнур взрывчатки.

Тут Алан видит, как где-то сбоку что-то светится. Он знаками показывает Седьмому: палец на себя, два пальца на свои глаза, ровно сложенная ладонь, машущее движение рукой.

«Мои глаза... — расшифровывает Седьмой, — такие чистые... как небо... Что?»

Алан имеет в виду, что ему надо отойти вбок и там визуально глазами зрительно посмотреть. Он убегает в кусты и видит остов самолёта, который похож на самолёт, а не на инопланетный корабль. Который позади него как раз взрывают самостоятельные рейнджеры.

Ба-бах.

То, что было похоже на инопланетный корабль, совершенно ни капли не взорвалось и даже не поцарапалось. Некоторое время оно лежит — судя по всему, ошеломленно раздумывая, — а потом шумно выдыхает из обнаружившихся в верхней своей части отверстий и встаёт, гудя как трансформаторная будка.

Члены отряда, отменно подготовленные боевые единицы, действуют словно единый организм: они дружно стоят как бараны, наклонив головы вбок, и смотрят, как перед ними разминает железные ноги и прочищает ноздри огромный — даже больше Алана — инопланетный робот. Он выглядит как восьмиметровый перевернутый утюг на толстых ходулях.

Он гудит, дымится и светит красным из щелей, в целом действительно напоминая старый чугунный утюг с углями, который только-только достали из печки.

Утюг начинает сканировать местность полупрозрачными синеватыми плоскостями и производит звуки, которые вполне однозначно можно определить как «инициализация боевых систем». Закончив с общим сканированием, Утюг отмечает рейнджеров красными метками, а из подбрюшья у него пружинно выскакивают две пушки.

«Уходи-и-им!» — наконец командует Седьмой афроамериканец.

В следующие двадцать секунд они зигзагами бегут через хвойный подлесок, а боевой Утюг энергичным огнём сокращает поголовье рейнджеров на четверых человек. Разогнавшись по лесу, рейнджеры выскакивают на край обрыва и не падают вниз только потому, что первым бежал Алан. Он вовремя затормозил, а остальные просто мешковато врезались в него.

Рейнджеры слышат сзади металлический «дзыньк!» и разворачиваются с растерянными лицами. Из-за леса по высокой дуге прилетает и падает к их ногам стальной шарик. Это инопланетная граната. Под крик Алана «Ложись!» — это, кстати, первая его осмысленная команда — отброшенный взрывной волной отряд начинает потешно катиться с обрыва. Рейнджеры кричат и ойкают, пружинят на рюкзаках, сталкиваются друг с другом, кувыркаются по одному и обнявшись парами, бьются о камни и деревья, безжалостно стираясь о камни и сминая собой хрупкую флору.

Обрыв заканчивается. Алан бьётся лицом о землю, соседний рейнджер бьется о финальный камень головой, ещё один рейнджер надевается спиной на сучок. Седьмой афроамериканец ощупывает середину своей бедренной кости, многообещающе торчащей из ноги наружу.

Чтобы прийти в себя и взбодриться, Алан с хрустом выпрямляет себе два сломанных пальца на руке.

«Что это было?» — спрашивает один из оставшихся в сознании бойцов.
«Антоновка!» — чуть было не отвечает ему Алан, но вместо этого подаёт команду: «Снять с сучка!»

Насаженного рейнджера снимают с сучка, но это не помогает. Алан лечит себе перелом пальцев пластырем и лезет обратно на обрыв, чтобы посмотреть, как там подстреленные товарищи и рация. Он как раз успевает к добиванию одного из рейнджеров — инопланетный Утюг предпочитает не оставлять свидетелей. Пристрелив бойца, Утюг снова жарко выдыхает верхней частью, как кит, и топает куда-то в сторону. Алан ползком находит рюкзачок с рацией, но тот прострелен ровно посередине.

Алан возвращается к своим. Они все сидят и частично лежат не совсем внизу обрыва, а на утёсе. Им надо ещё спуститься на веревках к подножью, а то Утюг найдёт их и пристрелит.

Все спускаются на веревках, один из рейнджеров остается наверху, чтобы медленно и контролируемо спускать Седьмого со сломанной ногой. Примерно на середине спуска к сидящему наверху рейнджеру неслышно подкрадывается гигантский утюг и застреливает его сразу из двух пушек. Оборвавшийся Седьмой летит вниз и приземляется, конечно, на ту же ногу. Так что приземление, можно считать, прошло успешно — он себе даже ничего не сломал!

Утюг склоняется над утёсом, насколько позволяет ему плоская железная головогрудь, и сканирует подножье. Там внизу, прижавшись к каменной стене, сидят оставшиеся члены отряда, стараясь не попасть в луч сканера. В луч сканера попадает только злополучная нога Седьмого. Утюг издает заряжательный звук.

«Бежи-и-и-им!» — отдает свою основную команду Алан. Все бегут теперь уже не по еловому, а по сосновому лесу, Седьмого волокут под руки, а Утюг с утёса азартно палит по ним, как в тире. Настрелявшись из пушек, он разворачивает кассетный миномет и накрывает бегущих залпом уже знакомых им шарообразных гранат.

Ловкие рейнджеры успешно убегают, преодолевают лес, взбираются на гору и идут еще некоторое время по гребню, а потом устраивают привал. Алан трясётся. Седьмой успокаивает его, хотя казалось бы, это не Алану сейчас будут вправлять открытый перелом бедра без морфия. Тут бойцы вспоминают, что у них вообще-то были с собой складные носилки и можно было не держать Седьмого за сломанную ногу.

Теперь отряду нужно дойти до лагеря с инструкторами, потому что цели миссии явно изменились. Но им преграждает дорогу река. Натренированные бойцы закалены справляться с любыми трудностями, поэтому они протягивают над рекой канат с узлом посередине, а потом удивляются, почему не получается протащить через этот узел карабин с носилками Седьмого.

Они бешено дергают карабин и веревку, пока веревка не развязывается и Седьмой не повисает на соплях над горным потоком. Тут же неожиданно подоспевает Утюг — он прям ходит за отрядом, как привязанный.

Вообще Утюг, как выяснили бойцы, испускает электромагнитное излучение, от которого компасы крутятся колесом, и таким образом предупреждают о его приближении. Они даже выделили у переправы отдельного бойца, чтобы тот смотрел на компас и кричал, если что. Но боец не справился со смотрением на компас, поэтому Утюг подкрался незаметно.

Утюг метко распыляет одного из бойцов, а остальные падают в реку и хаотично плывут. Лучше всех плывет Седьмой, он мчится на носилках, как на каяке. Поскольку реки без водопада в кино не снимают, на этой реке тоже есть водопад. Герои падают в него — красивее и глубже всех падает Седьмой. Алан спасает Седьмого, хотя тот, кажется, уже предпочел бы утонуть и не мучиться.

У водопада к отряду присоединяется один из рейнджеров, которого ещё в самом начале шарахнуло взрывом, сбросило в воду и все думали, что он погиб. Из четырнадцати рейнджеров остается шесть.

Отряд доходит до полевого лагеря на склоне горы, откуда инструкторы должны были их атаковать и устраивать им засаду. Лагерь вдребезги разрушен, потому что, судя по полосе обгорелого леса, инопланетный Утюг во время посадки пролетел на бреющем непосредственно сквозь лагерь. Да, вот так пикировал из космоса в лес, а там маленький американский лагерь прям посреди глиссады. Случайно просто повезло.

Из выживших остался только наполовину прикрытый фанеркой обгоревший инструктор, но и он немедленно умирает — кажется, просто от растерянного вида подоспевших рейнджеров.

Алан решительно встает и говорит, что надо продолжать идти. Все присутствующие снова шокированы отсутствием у Алана банального понимания героической американской души, требующей хоть каплю инспирации. Мы не можем жить без пафоса!

Один из рейнджеров наезжает на Алана и говорит, что вообще-то тут не все герои войны с Серебряными звёздами и им надо минутку перевести дух.

— Ты как меня щас назвал? — мерзко скривившись, переспрашивает Алан.
— Гер-р-рой! — нагло бросает ему в лицо оскорбление боец.

Алан вдруг хватает его за грудки и говорит, что он не герой. И брата он оказывается до базы не донёс, а потерял сознание за сто метров до нее и брат поэтому умер, а ему вручили медаль за худший! День! В его! Жизни!

Алан замолкает со слезами на глазах.

«Вот это нифига себе сейчас было хорошо! Как искренне! Ого, как мы вдохновлены!» — думают остальные. Батареи героизма заряжены, все готовы действовать и победить. Рейнджеры идут вперёд! Только вперёд!

Посреди разрушенного лагеря кособоко стоит застрявший четырёхколёсный бронетранспортер. Бойцы героически заводят транспортёр, героически ставят его на все колеса и смотрят на компас. В кабине посередине приборной панели установлен огромный компас, он там прямо главный прибор, как будто это корабль вообще, а не автомобиль. Компас бешено вращается, а это значит, надо спешить.

Седьмого деликатно, как бревно, закидывают в люк транспортёра. Ещё один боец бросается за цинками патронов для пулемёта и уже бежит обратно, как его настигает залп пушек Утюга да так метко, что до батареи только уши... до транспортёра только цинки долетают.

Герои стартуют вдоль по грунтовке. Бронетранспортёр несётся, Утюг бежит за ним, пулемёт строчит, пушки стреляют, Седьмой спит на носилках, остальные подпрыгивают и бьются о стенки кузова на кочках и поворотах. Кто-то тушит искрящие приборы, но на очередной кочке со всей силы бьёт сам себя огнетушителем по лицу. Рейнджеры едут вперёд! Только вперёд!

Водительница — да, среди сильнейших и девушка есть — сворачивает с грунтовки в лес и едет по склону, стараясь снести все деревья, попадающиеся им на пути. Лес и склон заканчиваются и начинается ущелье. Бойцы думают, что оторвались от Утюга, но тут он спрыгивает с края ущелья прямо перед ними и открывает рот. Ого, у него есть рот. Как будто мало им пушек и гранат, Утюг длинно стреляет по ним синим энерголучом изо рта, как японская Годзилла.

От многочисленных попаданий бронетранспортёр постепенно превращается в кабриолет. На повороте носилки с Седьмым соскальзывают со скамьи и выпадают из транспортера, но в последний момент Алан хватает их за веревку. Некоторое время носилки волочатся за транспортёром, как сани за рождественским оленем, но потом веревка обрывается. Алан хватает с пола ручной гранатомёт и стреляет на упреждение в стену ущелья.

Стена рушится и Утюга заваливает камнями. Алан командует водительнице тормозить, но там уже все мертвы, поэтому транспортёр просто врезается в камень. Бум.

Алан приходит в себя, встаёт и хромает к перевёрнутому транспортёру, возле которого лежат обгоревшие останки товарищей. Потом он идет разгребать камни, чтобы посмотреть на труп Утюга, но под камнями только малая часть. А где остальное? Остальное стоит поодаль в позе медицинского телевизора и излучает в космос пульсирующий голубой сигнал.

Алан оборачивается и видит чуть в стороне носилки с Седьмым. Тот ещё жив вопреки всему, включая собственное желание. Алан начинает волочить носилки за собой — это очень важный для него момент, ему обязательно нужно дотащить человека до базы.

Наступает дождливая ночь. В какой-то момент Алан скользит по грязи и падает, снова не в силах больше тащить. Прямо как тогда. Тут Седьмой приходит в себя и оказывает Алану психологическую помощь. Это единственная помощь, которую он может оказать — и оказывается, что и Алан, как и прочие, тоже заправляется героизмом и вдохновением.

Алан придумывает план. Он оставляет Седьмого ждать под ёлкой, а сам отправляется на расположенный неподалёку карьер для добычи полезных ископаемых и там готовит Утюгу ловушку.

Утюг видит, как над карьером взлетает сигнальная ракета, идёт туда и встает на краю, чтобы как следует всё просканировать. Но Алан заминировал край карьера! Он взрывает заряды, Утюг оскальзывается и падает на дно карьера, как... как утюг, простите ради бога.

Пока Утюг поднимается на ноги, мотая плоской башкой, из ангара вырывается Алан на фронтальном погрузчике. Он разгоняется и бьёт Утюга ковшом по морде. Не снижая напора, он таранит Утюга и постепенно прижимает его к стене карьера. А прижав, дистанционно включает расположенную над ними ленту конвейера, по которой ползёт и сыпется на Утюга сверху раздробленная порода.

За время взаимодействия с Утюгом Алан запомнил, что тот периодически шумно фыркает верхней своей частью, открывая какие-то железные жабры. А значит, это что? Это инопланетный радиатор! И надо заткнуть Утюгу радиатор, тогда тот перегреется у бумкнет!

Термодинамика, детка!

Как раз сейчас Утюг изо всех сил дышит, стреляет, потеет и греется, и жабры радиатора у него открыты на всю ширь. Порода насыпается в радиатор, Утюг кряхтит, чихает, давится, разогревается до красноты, а потом — апч-x-чхии! — с грохотом разлетается на части. Алан побеждает Утюга. Это, так сказать, вершина его карьера.

Наступает утро. В рассветном солнце Алан, хромая, тащит на себе Седьмого до самой базы.

Тащит, тащит. Дотащил.

Алан глазами ищет помощи и признания со стороны окружающих, но на них никто особо внимания не обращает, потому что на базе происходит какая-то суета. К Алану подходит один из командиров и рассказывает, что на планету массово напали Утюги и теперь все сражаются с инопланетной бытовой техникой.

Алана приглашают на военный совет, чтобы узнать, как он одолел Утюга, который ничем не пробивается. Алан подходит к экрану со схемой Утюга и авторитетно тычет в неё пальцем:
«Радиатор. Надо заткнуть ему радиатор и Утюг сломается».

Командиры стоят, поражённые.

— Радиатор! Радиатор! — все вокруг начинают бегать и передавать спасительное знание во все пределы. Командир подходит к Алану и пришпиливает ему нашивку рейнджера.

Даже не отдохнув и не зализав ран, Алан садится вместе с большой десантной группой в вертолёты. «Чёрный ястреб» снова с видимым усилием отрывает Алана от земли и отправляется в бой. Потому что рейнджеры летят вперёд! Только вперёд!

Самолечение

Sun, 21 Jun 2026 10:03:45 +0300

Прочитал сильно неновую новость про чувака с тяжёлым ОКР, который больше не мог его выносить и выстрелил себе в башку. Но не умер, а только повредил долю мозга, ответственную за расстройство, и очнулся уже нормальным. Просто буквально отстрелил себе ОКР.

Казалось бы, всего 22-й калибр, а какой невероятный прорыв в нейробиологии и психиатрии!

P.S. Не, прям реальный случай. Нет, не стал овощем. Да, в медицинских журналах писали, а потом уже в газетах. Нет, не то чтобы на сто процентов отбило все признаки болезни, но одно дело — бояться микробов, мыть руки по сто раз на дню и не мочь учиться и жить, и совсем другое — немного чаще мыть посуду и лишний раз проверить, закрыл ли окно перед уходом из дома.

Малые формы

Thu, 18 Jun 2026 18:18:05 +0300

***
Спрашивают, прекратится ли в Питере дождь. Нет, это несущий дождь.

***
Пилот, категорически не выговаривающий букву Р, «рад приветствовать вас на борту Эйрбас Триста Девятнадцать, совершающего рейс по маршруту триста девяносто один из Санкт-Петербурга в Калининград!»

***
Оладьи или печенье из банана —ужасное, зловонное нечто, которое своим запахом разъедает саму ткань бытия. Банан прекрасен. Всё, что сделано из банана, превращается в адское противопехотное оружие, рядом с которым иприт в окопах Первой мировой был просто туалетным ароматизатором.

***
Когда кто-то говорит мне, что я где-то наврал, я каждый раз удивляюсь тому, что кто-то думает, будто где-то я сказал правду

***
Нож в печень — контекст конечен.

***
Проблема даже не в том, что приходится всё собирать из говна и палок. Проблема в том, что палки вечно слишком короткие и половины говна не хватает.

***
Раньше интернет помогал дронам, поэтому его отключали. А сейчас не отключают, потому что интернет теперь, наоборот, мешает дронам! Это новейший боевой российский интернет, и они вязнут в нём и безвольно повисают в воздухе, жужжа.

***
Лучшее время дня — это те шесть секунд, когда ты уже завалился вечером на кровать, чтобы спать, но тебе ещё не начали лезть в голову мысли.

***
Напиши ты мне коммент, я прошу.
Я в ответ тогда коммент напишу.
Гневный смайлик мне поставь от души.
Правоту свою, братан, докажи.

Потому что верю сотням людей,
Написавшим «Ты дурак!» без затей.
В интернете много криков пустых,
А в жизни могут и ударить поддых.

***
Бодипозитив — это когда ты весело смеешься над толстыми людьми.

***
У научных сотрудников НИИ Прикладных Проблем всегда проблемы на работе

***
— Это лабрадор?
— Не, это какой-то недолабрадор.
— Неладобродор.
— Неблаблабудьдобр.
— Невладахсбобром.
— Надвоихсбодровым.
— Недалахотябылдобр.

***
— Ребенок хочет пистолет. Почему у мальчиков наступает период пистолетов, а у девочек нет?
— У девочек наступает период дождей-пистолетов.

***
На случай гражданской войны в России будет запущен сервис Яндекс.Маузер

***
Три возраста мужчины

Прыгать по гаражам.
Курить за гаражами.
Идти в гараж.

***
— Сильно все изменилось после рождения ребёнка?
— Скажем мягко. Гильотина счастья упала и отрезала меня от прошлой жизни)

***
Кабы не было толпы в городах и сёлах.
Не видали бы глаза всех людей весёлых.
Не кружила б малышня, старики и бабы,
Ну и прочая пыжня, кабы, кабы, кабы.

***
— Ты говорила сыну, что папа всё это время был в туалете, а он на самом деле — капитан дальнего плавания!

***
Было бы значительно проще учить детей, что воровать — плохо, если бы в жизни было что-то вкуснее самолично спижженных с соседского огорода огурцов.

***
— Взятие крови хорошо переносите?
— Да, все этапы, кроме оплаты

— Замолчи, огонь коварный!

Wed, 17 Jun 2026 09:17:02 +0300

Были с Тёмой на экскурсии в пожарной части. Ну правильно: динозавры — вымерли, кто такие Фиксики — большой-большой секрет, остаются эти. Самые легкодоступные из супергероев.

Про пожарную часть организаторы экскурсии рекомендуют никому ничего не говорить — ни адрес, ни где находится, локацию не палить, номера пожарных машин не фоткать. Потому что ну мало ли что. На мало-ли-ште у нас, как известно, вообще всё держится. И ещё на можно-но-нельзе.

Но кое-что любопытное мы всё-таки посмотрели. Во-первых, пожарная часть эта неновая и гараж рассчитан явно не на современный автомобиль. Габариты ворот практически совпадают с габаритами пожарных машин, поэтому выезжают они из гаража со звуком оттыкаемой винной пробки — скри-и-ип-чпок! — выехала.

Ещё в пожарной части на одного водителя приходится целых три пожарные машины! Это была оптимистическая формулировка. Обычная формулировка звучит так: в пожарной части три машины. А водитель в смене — один.

Ещё в пожарной части есть шест для быстрого и эффектного спуска со второго этажа в гараж. Мы спросили, пользуются ли пожарные шестом, на что нам ответили, что колени не казённые, поэтому чаще всё-таки по лестнице. Когда мы поднялись на второй этаж, я ожидал увидел отверстие в полу с торчащим шестом, чтобы подбежать и сразу десантироваться.

Но нет, на месте шеста установлена закрытая будка с распашными дверцами, похожая на отдельно стоящую кабинку лифта или на Тардис, если кто смотрел «Доктора Кто». Чтобы спуститься по шесту, нужно на кабинке нажать кнопку, она на несколько секунд разблокирует дверцы. Потом нужно распахнуть дверцы и там уже хвататься за шест и съезжать вниз. Ну то есть если в очереди на оперативный спуск будет больше двух пожарных, то третьему и последующим явно быстрее по лестнице.

Ещё в гараже висит табло с индикаторами, на которых написано: дождь, град, туман, снег, метель, гололёд. По идее, строчки этого табло должны загораться по одной или в самых причудливых комбинациях — Петербург такое умеет — перед выездом по тревоге. Мы спросили, работает ли табло и ориентируются ли пожарные по нему. Пожарные сказали, что по табло ориентируются многочисленные проверяющие органы, а пожарные ориентируются по тому, что видят за окном. Там всё показывают с достаточной степенью достоверности.

Смотрят в окно, выбирают одну машину, открывают ворота и — скри-и-и-ип чпок! — стремительно выезжают на пожар.

Артём Глебычу во всей этой истории очень понравилось сиденье автолестницы с манипуляторами. Жаль, нельзя было поподнимать лестницу. Зато можно было немного пополивать из брандспойта. Нас вывели на задний двор и все по очереди смогли окатить припаркованные во дворе личные автомобили личного состава части. Было очень весело — особенно пожарным, судя по их натянутым улыбкам.

А потом экскурсия закончилась и мы пошли есть пюре с котлеткой, потому что пожарные машины и брандспойты очень разжигают аппетит.

Значит «нет»

Sun, 14 Jun 2026 10:03:51 +0300

Так вышло, что у меня больше подруг, чем друзей, а у подруг есть ещё подруги, и поэтому я периодически слышу мнение о мужчинах. Ну или не мнение даже, а пересказ случаев из жизни.

Слушать это всё больно. В большинстве своем мужчины ведут себя невнимательно, неуважительно, пренебрежительно и откровенно плохо. Даже не понимая этого, потому что считают это нормальным. Это нельзя объяснить даже естественной склонностью рассказчика во время рассказа несколько возвышать себя и утрировать отрицательные стороны оппонента.

Но всё же какие-то бытовые моменты меркнут, когда речь заходит о насилии.

Я видел тут недавно развернутый вопрос, он звучит так:

«Со всем уважением к мужчинам (прям без иронии) хочу понять, где у вас сбоит, что когда вам женщины (много женщин) пишут и говорят человечьим языком: „я — жертва насилия; меня домогались; меня лапали; меня щупали; меня зажимали; со мной совершали нежелательный коитус; меня били... И так далее разными словами разной степени откровенности, разные события, разная оценка событий… Но смысл один и тот же: я женщина, и я подвергалась насилию со стороны мужчин. Где у вас сбоит, что вы этого не слышите, не можете, не хотите слышать? Вам говоришь „мне больно“, а вы в ответ что угодно, кроме „да, больно““.

Так вот, что касается ответа на вопрос, „что у вас сбоит, что вы этого не слышите?“

У меня есть предположение, хоть и озвучивать его крайне неприятно. Возможно, оно сконструированно и на самом деле все не так, но мы же ищем ответ.

Как будто бы, когда женщина заговаривает с мужчиной о сексуализированном насилии в её адрес или в адрес кого-то другого, мужчина не слышит про насилие, а слышит только про секс. Буквально в секунду отбрасывается весь жуткий контекст, а слышится только: „О, она разговаривает со мной про секс!“ И это воспринимается мужчиной, как будто бы женщина с ним флиртует или что-то вроде того. Ну и в этот момент у него нарушается всякая критическая оценка себя и положения.

То есть, мужчина чувствует себя не в ситуации „Она рассказывает мне ужасные вещи и ей нужны понимание и поддержка“, а „Мы достаточно близки, чтобы она мне такое говорила, значит...“ — и далее любые мысли, далёкие от сути разговора. И каким-то образом такая схема работает не только в личном общении, но и в переписке в интернете.

Повторюсь, что это предположение, но с другой стороны, вряд ли бы я смог придумать его совсем на ровном месте.

Ах, было б только, с кем поговорить

Sat, 13 Jun 2026 00:46:02 +0300

Был период, когда мы с Мариной уже заволновались, что Артём Глебыч говорит только «мама» и «папа», а в остальном выразительно молчит, хотя пора было бы уже перейти к диалогу. Прошло время, и теперь Артём Глебыч рассказывает неосторожно зашедшей в лифт соседке с нижнего этажа, что вот, это его личный синий велосипед. Со светоотражателями на педалях. И со звонком в виде мандарина. Соседка уважительно и смущенно кивает. Артём Глебыч тут же гулко топает по полу лифта, чтобы сработала подсветка в подошве сандалей. Сандали сияют, Артём Глебыч тоже — он наслаждается произведенным на незнакомую женщину эффектом.

По приходе в детсад Артём Глебыч видит чью-то чужую мать и вместо того, чтобы переодеваться, медленно, но неуклонно вдвигается в её поле зрения. И вещает о том, в какую кофту сегодня одела его собственная, домашняя мать. Он растягивает кофту на себе, чтобы рисунок на груди был как можно лучше виден.

По рассказам Марины, накануне на детской площадке он так присел на уши незнакомому ребёнку, который спокойно и молча болтал ногами на скамейке, что тот в конце концов просто ушёл. А Артём Глебыч хотел было расстроиться, но тут увидел на соседней скамейке ещё людей, которые пока не знали про его конструктор, где цифра «3» превращается в птеродактиля — не путать с птеранодоном, а цифра «4» — в скоростной истребитель.

Родителям бы брать с него пример, но они не ждут от окружающих ничего особенно хорошего. Приходится мальчику отдуваться за всю семью.

Очки

Mon, 01 Jun 2026 10:21:18 +0300

У нормальных людей ностальгия распространяется на редкие милые сердцу вещицы. У меня же категория «милые сердцу вещицы» включает всякое барахло. Получив во владение какую-нибудь вещь, я нахожу ей место в своей жизни и стараюсь более с ней не расставаться.

В частности, поэтому у меня сохранились все очки с того момента, как я начал их носить. Ну, то есть за двадцать два года. Собственно, вы можете их лицезреть. Даже вот пижонские оранжевые — я их надеваю иногда и мир правда становится чуть более выносим, хотя я стараюсь помнить, что и оранжевые очки тоже бьются стеклами внутрь.

Это беззубое вступление было к тому, что у меня с недавнего времени есть книжка рассказов и она называется «Думать лучше без очков», а почему? Почему она так называется?

В кои-то веки название не потребовало мозговых усилий и мучительного выбора, который закончился бы чем-нибудь нелепым и патетическим. Оно взялось из одного рассказа, который есть в книге, а откуда оно взялось в рассказе — из естественного для меня ощущения, над которым я не думал, но сейчас вот подумал, потому что кто-то спросил.

Во-первых, не помню, где я прочитал мысль, что сложно найти зрелище трогательнее, чем мужчина, который только что снял очки. Он беззащитен, как птенец, и смотрит в эту секунду на мир глазами ребёнка. Предельная уязвимость, которой можно добиться секундным действием.

Во-вторых, вам наверняка знаком момент, когда вы только что узнали, что случилась опять какая-нибудь дрянь. И вот он, этот промежуток между узнаванием и реакцией. Вы ещё даже не успели расстроиться или взвыть от несправедливости и обиды на глупый мир, и уж точно ещё нет плана, как с этим разбираться. Просто: вот вы, вот неприятности, привет!

Резкость, наведённая в эту секунду на мир, мешает понять, как вы на самом деле, внутри себя, относитесь к произошедшему. Стоит ли рассыпаться черепками, или презрительно хмыкнуть, или покачнуться, но в последнюю секунду схватиться за чувство юмора. В общем, требуется чуть-чуть подумать, и сделать это лучше без очков.

Не то чтобы книга об этом вся, но если вы примерно понимаете, о чем я говорил, вероятно, мы будем говорить на одном языке.

Ну ма-а-ам!

Sat, 30 May 2026 13:08:34 +0300

Посмотрел новый клип заслуженного артиста Российской Федерации певца Shaman под названием «Россия-мама». Надо сказать, что три дня перед клипом тщательно зачёсанный назад и вбок певец Shaman неистово интриговал, раз в день публикуя видео себя с папкой.

В папке были тесно сложены страшные разоблачения, на которые певец Shaman собирался пролить свет правды. И ещё он собирался «жечь правдой, как кремлёвская звезда» — это прямая цитата, которую прямо живой человек прямо говорит на видеозаписи другим людям, то есть нам. И, конечно, идти до конца певец Shaman тоже обещал. Кто до конца не ходил, тому правды не проливать как... как... звезда.

И вот клип.

Сначала нам показывают бюст певца Shaman, которому наглый закадровый голос задаёт вопрос: «А что для тебя Россия?». «Для меня Россия — мама. И её нельзя предавать», — отвечает тот с потусторонними интонациями, готовя нас к разоблачениям под музыку.

Певец Shaman заходит в кабинет, он сегодня следователь. Как у каждого уважающего себя следователя, у певца Shaman на столе стоит чёрная лампа с пантографом, которую нужно направлять в лицо врагам, а на тумбочке по правую руку — вот-такенная икона Божьей матери с лампадкой. Лампадка горит. Икона активирована на любовь к Родине.

Певец Shaman водружает на стол дипломат, открывает его движением Винсента Веги из «Криминального чтива» и начинает нервически доставать из него и одну за другой шлёпать на стол картонные папки.

На певце Shaman строгий черный пиджак, который прекрасно сидит по фигуре, то есть послушно расширяется от плечевого пояса к обычному поясу, серединному.

Кадр сменяется, начинается песня. На фоне стены из стеклоблоков, сквозь которую бьёт холодный свет, мы видим профиль певца Shaman. Профиль выставляет перед собой кулак и начинает кричать в него, что Россия — мама, и другие тематические слова.

Сцена то и дело меняется обратно на кабинет, в котором певец Shaman проводит следственные мероприятия. Он достает негативы пленок и просвечивает их взглядом по-над орлиных ноздрей. Он проявляет плёнки в красной комнате, ловко орудуя пинцетом и прищепками. Он пьёт чай из стакана в подстаканнике и вращает настольный глобус свободной от чая рукой. Он даже сидит в позе, в которой следователи в русских сериалах обычно задумчиво курят. Но курить в клипах о Родине как-то не пристало, поэтому певец Shaman просто гладит себя большим пальцем по нижней губе. Блрдбдр. Брбд. Блб.

Наконец от подготовительных мероприятий певец Shaman переходит одновременно к проливанию правды и припеву.

В качестве правды он высовывает из папки фото Моргенштерна, затем Дудя, затем Noize MC, далее остальных, и то тасует их, то развешивает на прищепках, то раскладывает перед собой на столе, как пасьянс.

В качестве припева он говорит, что:

«Россия-мама
На сердце прямо
Одна такая
С тобой до края

Для нас отрада
Врагам преграда
Стенами храма
Россия-мама».

И потом еще добавляет «Оу-е, оу-е», потом что это рок, детка. Снова показывают профиль певца Shaman на фоне стеклоблоком. Профиль выразительно крестится. Потому что это бог, детка.

Наступает второй куплет, подозрительно похожий на песню Надежды Кадышевой про постучалась в дом боль незваная и вот она любовь окаянная. Заканчивается куплет словами «...и в земле сырой я всегда с тобой».

Тем временем все иноагенты рассортированы и развешаны на стене. Широко и немного растерянно улыбается Слепаков, чуть трогает улыбка губы Ходорковского, исподлобья взирает Тиньков, открыто презирает всех Невзоров, Шихман просто очень красиво накрашена.

Наступает кульминационный момент клипа. Лица иноагентов синхронно искажаются нейросетевыми гримасами и начинают хором петь припев. Певец Shaman дирижирует.

На строчке «...одна такая с тобой до края» искусственный Noize MC вместо «края» отчетливо артикулирует слово «жопа».

Кадр сменяется. Певец Shaman с рычанием модулирует на полтона вверх и повторяет припев, сначала тыча пальцем в зрителя, а потом то разжимая, то сжимая кулаки, будто готовится к сдаче крови.

Под конец клипа певец Shaman сгребает фото иноагентов обратно в конвертик и берёт верхнюю мааааа. На выпуклом белёсом лбу его появляется красная точка лазерного прицела.

Она в нерешительности дрожит.

Дилемма Крота и шпекачки

Sun, 24 May 2026 12:22:15 +0300

Когда утром на стоянке я завожу автомобиль — мне часто вспоминается детская книжка «Крот в городе». Ну, точнее, мне не надо её особенно вспоминать, потому что мы с Тёмой всё время ей читаем.

Все почему-то знают этого Крота, похожего на обгоревшее полено с сучком вместо носа, по чешскому мультфильму, но мультик я не смотрел, а книжку прочитал двадцать восемь тысяч раз.

По сюжету в лесу жили Крот, Заяц и Ёжик, а потом пришли люди, спилили лес и построили город. А зверям дали какую-то справку. Так звери остались посреди города на пне. Вокруг городской шум, загазованность, постоянный смог, удручающая экологическая обстановка.

По-моему, очень реалистичная картина. Даже не для зверей, а для обычного человека, например, меня. Ты на пне, на тебя едет асфальтовый каток, твои друзья Заяц и Ёжик, а единственная защита от всего этого безумия — справка, в которой ты даже не понимаешь, что написано.

И когда я был маленький, то зверей, конечно, было очень жалко. Я представлял себя на их месте, несчастных, лишившихся дома и всеми покинутых.

А потом цинизм во мне начал побеждать. В книжке была глава, где друзья вышли на улицу, а им в лицо дымит машина. И Крот — он там самый сообразительный — берёт пробку и затыкает машине выхлопную трубу.

Кстати, пробка эта — от бутылки с малиновым соком, которую Кроту принесли люди, когда он нажал специальную кнопку в специально оборудованном для него жилье.

И дальше звери смотрели, как автовладелец мучается и перебирает машину до гайки, силясь найти причину. Насладившись муками человека, друзья видят возле мясного магазина грузовик с сардельками или, как их называют в книге, «шпекачками».

Дальше Крот — он там не только самый сообразительный, но и самый обучаемый — делает потрясающее для маленького слепого зверька умственное усилие. Он командует друзьям украсть шпекачки. Они крадут все шпекачки, тащат их на главную городскую стоянку и всю ночь, не покладая лап, засовывают их в выхлопные трубы машинам. Суки лесные.

Простите, вырвалось.

Потом они ждут утра и смотрят, как люди ругаются, пытаясь завести автомобили. Снова насладившись муками, Крот говорит друзьям: «Пойдемте-ка отсюда, пока они не поняли, в чем дело».

В общем, в какой-то момент в прошлом книга перестала мне нравиться. Просто я однажды абстрагировался от зверей и представил себя на месте тех людей в тот момент, когда они поняли, в чем дело. Ты утром встаешь, у тебя жизнь и дела, а тебя отрезает от успеха, извините, шпекачка.

А теперь мне опять стало жалко зверей, а людей с машинами — нет. Когда ты решил, что шпекачка в выхлопной трубе — это прям так уж несправедливо по отношению тебе?

Уходящие Кресты

Wed, 20 May 2026 21:28:36 +0300

Хармс, Малевич, Бродский, Гумилёв, ещё Гумилёв, Жжёнов, Заболоцкий, Грин, Туполев и много кто ещё. Как разом побывать там, где бывали многие достойные люди? Ну, как водится, прийти в тюрьму.

Сходил на экскурсию в Кресты. Очень, знаете, впечатляющее зрелище. Я про них вообще почти ничего не знал, так что тут узнал сразу много.

С 2017 года Кресты закрылись как следственный изолятор и теперь ждут, когда застройщики договорятся, заплатят друг другу денег, и их превратят в городское пространство с отелем, арт-объектами и прочим фудкортом. Местные многочисленные котики, наверное, очень ждут фудкорт, хотя по виду они и так совсем не голодают.

Экскурсовод поводила нас по территории и завела внутрь одного из, собственно, крестообразных корпусов.

Первый этаж корпуса — это давняя съемочная зона. Если для какого-то фильма нужна тюрьма — все сразу мчатся сюда и жадно снимают. Для этого на первом этаже особенно по-тюремному покрашены стены, поверх краски на стенах висят наивные таблички про распорядок дня, «руки на спиной» и «выход на прогулку». А то, знаете, без табличек вдруг кто не сориентируется и зайдет куда-то не туда. На полу центрального зала корпуса — метлахская плитка двух цветов. Но это издалека, а когда подходишь ближе, становится понятно, что это линолеум, тоже киносъемочный реквизит.

На момент постройки тюрьма была вообще высший класс, последний пенитенциарный писк. Канализация и вода в общих помещениях, отопление в стенах, ледник (эрзац промышленный холодильник) во дворе, больничные корпуса, пекарня, котельная и вообще все тридцать три удовольствия. Минимум персонала за счет планировки помещений, где пара человек на этаж могли легко мониторить все четыре крыла в разные стороны. И, главное, сплошь одиночные камеры — никакого тебе влияния пагубной среды, сиди себе, читай библию и исправляйся, думай о своём поведении и о душе. Пятизвездочные застенки.

По проекту в пространстве корпуса не было межэтажных перегородок. То есть если выйти из камеры первого этажа в центральный коридор и посмотреть вверх — было видно крышу. А вдоль камер второго, третьего и четвертого этажа были только узкие балкончики.

Но потом, конечно, испортили даже тюрьму. Между этажами навели перекрытия, оставив сквозной только центральную колонную корпуса. В коридорах поставили какие-то будки. Мы уже в тюрьме, ребята, зачем тут еще на каждом этаже проходные с вахтерами! По привычке, видимо.

Ещё я вот не знал, что актер Георгий Жжёнов полтора десятка лет провел по лагерям и тюрьмам. И в Крестах тоже сидел. А потом, когда его реабилитировали и он смог работать, он снялся в фильме «Горячий снег», получил за него госпремию братьев Васильевых, пришел с этой премией в Кресты и отдал её, чтобы в камеры наконец провели воду и установили унитазы. И это был конец 70-х годов. Понятно, что одной его премии было недостаточно, но он, по словам экскурсовода, создал прецедент и вообще запустил всю эту процедуру.

Я кстати про этот факт о Жжёнове в твиттере написал и там слетелся миллион людей с серпами-молотами на аватарках и давай, значит, рассказывать, какой он был американский шпион и вражина. Потрясающей насыщенности реплики и вот эта ещё любовь к фанерным фразеологизмам. Например, вот:

«А для меня стало новостью что он всю жизнь носил камень за пазухой. Снимался в СССР, имел почет и уважение а когда Союз развалился, начал поливать грязью прошлое. Гниловатым оказался внутри.»

Почёт и уважение по-сссрски в случае со Жжёновым выглядели примерно так:
— брата сначала арестовали, а потом отправили в лагерь, где тот умер от голода;
— семью выслали в Казахстан;
— в 38-м арест по доносу, 5 лет Колымы;
— в конце срока — плюс еще 1,5 года;
— в 49-м — «повторка» и ссылка в Норильск до 53-го.

Да, впрочем, чего я рассказываю.

Про камеру Бродского ещё интересно, я тоже не знал. Вообще не разглашается, кто в какой камере сидел, но в 2015 году ФСИН решил ворваться в празднования к 75-летию со дня рождения поэта и торжественно сообщил: «В 104-й камере Бродский сидел, во-о-он там, на четвертом этаже, четвертое окно слева, там где пары кирпичиков нет. Точно там, век воли не видать!»

А сидел ли он там или не там сидел — этого мы наверняка не знаем. Всё это сейчас покрыто тайной ФСИН, а потом еще будет покрыто городским пространством с фудкортом. Как говорится, вероятность того, что вы едите свой бургер из «Вкусно и точки» на том месте, где мотал срок Бродский, мала, но никогда не равна нулю.

Страдания по выпечке

Sun, 03 May 2026 10:04:12 +0300

Как я тут ярился, вы не представляете. Ярился потому, что дело копеечное, но в нём замешаны пирожные и окружающие люди. Дальше будет длинное нытьё, которое совершенно игнорирует важные мировые проблемы, войны, Трампа, Ормузский пролив, страдания всех людей, кроме меня, тупость депутатов, блокировки ВПН, атаки дронов, внедрение ИИ, национальную рознь и вопросы религии. Ну, за исключением того, что тут замешаны вафельные трубочки насколько вкусные, будто боженька делал их лично сам.

У меня был день рождения, а на работе именинник традиционно угощает остальных чем-нибудь гастрономическим: пиццей, пирогами, перепечками и так далее. Я заказал профитрольки, туго набитые едой, и трубочки с кремом.

Года четыре подряд я заказываю их в одном и том же месте, потому что трубочки там совершенно потрясающие, очень вкусные, и улучшают мои отношения с коллегами, а особенно с бухгалтерией.

И вот сейчас тоже заказал там, профитроли и трубочки привезли, все собрались на офисной кухне и съели всё в мгновение ока. А я некоторое время после этого ходил и сетовал, что заказал как-то маловато трубочек. Примерно на четвертом сетовании я вдруг задумался — это я мало заказал или... их мало привезли? Похолодев, я мысленно пересчитал коллег и трубочки и оказалось, что привезли только половину трубочек, а вторую половину зажопили. У меня просто нет тут другого слова.

Я позвонил в доставку и, стараясь не срываться на крик, пояснил, что у меня недостача трубочек и это чрезвычайная ситуация. Оператор ответил, что они извиняются и довезут оставшиеся трубочки с ближайшим курьером. А дело к вечеру, мне с ближайшим уже не надо, мне надо с утренним. Договорились, что привезут на следующее утро к 10 часам, коллеги как раз собираются в это время на кухне гонять чаи.

Но меня на следующий день в офисе не будет, поэтому я оставил доверенное лицо по имени Лиза. «Лиза, — сказал я, — доставка продолбалась, поэтому сможешь ли ты утром принять курьера с продолжением банкета?».

Лиза, конечно, долго отнекивалась, но спустя полторы секунды наконец согласилась. И спросила, сколько будет трубочек. «Пятнадцать, — говорю, — но если ты встретишь курьера внизу у подъезда, я разрешаю сказать всем, что трубочек было восемь».

На следующее утро в 10 часов курьер, конечно, не позвонил.

Я выждал буферные полчаса и позвонил в доставку. «Ой-ой, — сказали мне, — мы немедленно разберемся и перезвоним».

И следующие полчаса ничего не происходило.

Чувствуя незавершенность, поверхностное возмущение и лёгкую вину перед коллективом, я позвонил в доставку ещё раз. «Ой-ой, — сказали мне, — у нас вот-вот подъедет курьер, который вчера был у вас, и мы всё узнаем, буквально пару минут!»

И следующие полчаса ничего не происходило.

Ну, кроме того, что весть о трубочках распространилась по офису со скоростью съестного пожара. Это Лиза предала конфиденциальность и лишила себя возможности съесть пять-семь трубочек, пока поднимается по лестнице от подъезда. Коллеги начали по одному и группами писать мне неприятные сообщения о том, что я зажопил трубочки, о которых они буквально только что ничего не знали. И что у них нет для этого другого слова.

Я позвонил в доставку в очередной раз и меня переключили на менеджера Михаила, чтобы я ощутил, что моим важным вопросом занимаются лучшие люди.

— Глеб, — сказал Михаил, — извините, пожалуйста, у нас произошла путаница и мы сейчас разберемся и всё исправим, вот только приедет курьер, который был у вас вче....
— Михаил, — перебил я Михаила. — Скажите, каким образом наличие перед вами курьера может отразиться на том, что мне не довезли половину трубочек? — на слове «трубочки» я невольно дал петуха. — Что такого он может сказать вам, Михаил, чтобы это повлияло на наши... переговоры?
— Глеб, я понимаю, да, но буквально сейчас я вам перезвоню и мы всё уладим, — заторопился Михаил и повесил трубку.

И следующие полчаса ничего не происходило.

Я позвонил Михаилу снова, потому что уже не мог в этот день заниматься ничем, кроме трубочек.
— Глеб, я жду курьера с минуты на минуту, чтобы всё выяснить, и понять, какая у нас ситуация с заказом.
— Михаил. Ситуация с заказом следующая. Я вчера позвонил вам и услышал от оператора слова: «Извините, мы привезём трубочки завтра к десяти утра». Вот этого эффекта я пытаюсь достичь уже полдня.
— А. Ааааа! Вот тааак всё обстоит! — кажется, Михаил всё понял как человек и как менеджер. — Тогда мы, конечно, отправим недостающие трубочки. Когда вам удобно?
— Как можно скорее, Михаил.
— С ближайшим курьером отправляем.
— Хорошо, а с ближайшим курьером — это когд....

Тут Михаил повесил трубку. И следующие полчаса ничего не происходило.

Затем позвонил курьер и сказал, что он уже всё везёт и вот-вот привезёт, встречайте у подъезда. И я с облегчением написал Лизе, что если она и другие коллеги вообще ещё со мной разговаривают, то курьер уже везёт трубочки и они вот-вот приедут. «Хорошо.» — сказала Лиза. Именно вот так, с ледяной точкой на конце сообщения.

И следующие сорок минут ничего не происходило.

А потом курьер наконец приехал и привёз трубочки и мои пошатнувшиеся было отношения с коллективом, наконец, восстановились. И с бухгалтерией, надеюсь, тоже.

А из доставки мне никто больше не звонил, если вдруг вы хотели об этом спросить или по какой-то нелепой причине болели за Михаила. Зато прислали автоматическое письмо с просьбой поделиться, насколько сильно мне понравился заказ. Что ж. Пойду напишу. То есть... а, ну да.

Парк, лодка и главный вопрос

Thu, 30 Apr 2026 15:30:22 +0300

В рамках программы «Не самый худший отец недели из возможных» съездили с Артём Глебычем в Кронштадт, посмотреть на относительно новый парк «Остров Фортов». Там никого нет, потому что будний день и холодно, как в аду. Петербуржцы, если что, именно так и представляют себе ад — всё то же самое, что при жизни, только ещё холоднее, ветер сильнее и кофейня с пончиками закрыта на перерыв.

Парк посвящен ВМФ и всяким там героям, но нам с Артём Глебычем на героев в целом всё равно, мы пришли глядеть на морской простор, лазить по детским площадкам и крутить все штурвалы, которые найдём.

Ещё рядом с парком стоит свежепостроенный музей, а в музее — подлодка К-3 «Ленинский комсомол» целиком. Прям внутри здания на стапелях стоит стометровая дура и можно подойти вплотную, потрогать лодку снизу за нежное подбрюшье и даже засунуть пальцы в щели решетки в прочном корпусе, рискуя остаться в музее насовсем.

Ещё можно сходить на экскурсию внутрь лодки (то есть, фактически, посетить музей, пока посещаешь музей) и мы этой возможностью воспользовались. Больше сорока минут Артём Глебыч послушно разглядывал быт подводника и внимал аудиогиду.

Лодку довольно капитально, судя по всему, переоборудовали под экспозицию — или, как говорил аудиогид, «музеефицировали», господи, зачем они это делают со словами. Части переборок заменены витринными стеклами, часть просто вырезаны так, что между отсеками даже не нужно пролезать через люки, а можно просто проходить в полный рост. Даже головой особо негде удариться, никакого интерактива.

Ещё в каждом отсеке висят экраны, которые добавляют информации: вот так выглядит торпеда со всех сторон, вот так кают-кампания становится операционной для полостных операций, вот здесь готовят еду для экипажа и еще на день рождения кого-то из членов экипажа ему дарят торт, а вот здесь атомная силовая установка даёт энергию всему этому стальному безумию.

На следующее утро Артём Глебыч пришёл меня будить и немедленно поделился главным впечатлением, оставшимся от всей вчерашней поездки: «Папа, я что-то не уверен, что кок на корабле может приготовить торт!»

Клетка

Thu, 30 Apr 2026 15:29:58 +0300

Интернет великолепен в каждом своем проявлении, конечно. Где-то года три назад я стал натыкаться на вот эту картинку с подписью: «Ученые получили самый точный снимок человеческой клетки!». Изображение, конечно, впечатляет, да. Но я ещё в первый раз подумал, что это как будто больше шаг к популяризации науки и в жизни всё наверняка выглядит даже близко не так.

Но в комментариях всегда стоял восторг, прерывать который — себе дороже. И вот сейчас опять, захожу в инсту, а там «Самое детальное из когда-либо полученных изображений человеческой клетки!» Да тьфу. Пошёл искать, откуда оно вообще.

Во-первых, это, конечно, не «снимок, который сделали учёные». А цифровая иллюстрация, которую нарисовал художник-аниматор Рассел Найтли.

И это не «самое точное на данный момент». А нарисовал он эти картинки где-то аж в 2000 году для обучающих пособий.

И это не «человеческая» клетка, а обобщенная эукариотическая.

Ну то есть да, запчасти в целом верные, научная подоплёка имеется, можно разглядеть знакомую органеллу... Просто это изображение из серии «я надену всё лучшее сразу».

Так что чисто от самой картинки можно не выть.

Но повыть мне всё равно пришлось. Потому что у того вчерашнего поста в инсте почти две с половиной тыщи комментариев, подавляющее — подавляющее! — большинство из которых вот такие. Цитирую:

«Бог создал даже в одной клетке — целую Вселенную! Так только Он может! И как до сих пор есть ещё атеисты???»

«Даже в такую маленькую клетку ты сделал так красиво! Ты красив и все что ты сотворил! Ты Прекрасен наш Аллах!»

«И после кто-то утверждает что все это появилось само?!»

«И даже после этого найдутся люди которые не верят в Бога. Неужели вы думаете, что всё это создала само себя»

«Неужели после этого люди еще верят, что произошли от обезьяны?»

«Это неоспоримое доказательство, что создал все и всех Бог. И эволюция тут совсем не причём».

«...вы хотя бы в курсе что эволюция не доказано и не может быть доказано?»

«Сама по себе появилась) Случайным образом)»

«Всё ещё верите что произошли от обезьяны а обезьяна появилась из ниоткуда?»

«Как под таким постом можно написать слово „эволюция“? Только под воздействием духовной деградации!»

«Мне жалко атеистов».

Впрочем, у меня на тему этой картинки тоже есть своё мнение, а в нём — тоже есть это грязное словечко «эволюция»:

Пройдусь по Цитоплазменной, сверну на Вакуольную,
И на Митохондрической я постою в тени.
Мембранная, Ворсистая и Гольджи-Рибосомная
Как будто к эволюции ведут меня они!